На протяжении последних нескольких лет премьер-министр Армении Никол Пашинян пытался убедить как собственное общество, так и внешних партнеров в том, что Ереван способен одновременно двигаться сразу в двух направлениях — сохранять тесные экономические связи с Россией и Евразийским экономическим союзом, параллельно ускоряя политическое сближение с Европейским союзом. Долгое время подобная политика балансирования казалась вполне жизнеспособной. Однако сегодня становится очевидно, что пространство для маневра стремительно сокращается. Москва требует определенности. Брюссель также ждет окончательного выбора. А сам Пашинян оказался перед самым сложным внешнеполитическим испытанием за все годы своего пребывания у власти.

После парламентских выборов отношения между Москвой и Ереваном не стали теплее. Напротив, они приобрели еще более напряженный характер. Символичным выглядел уже тот факт, что Владимир Путин не поздравил Никола Пашиняна с победой. Первый телефонный разговор между лидерами после выборов состоялся исключительно по инициативе армянской стороны, что многие эксперты восприняли как показатель серьезного охлаждения отношений.

Однако дипломатические жесты — лишь вершина айсберга. Намного серьезнее выглядят экономические инструменты давления, которые Россия последовательно использует в отношении своего формального союзника. В последние месяцы Москва ввела ограничения на поставки целого ряда армянских товаров. Особенно болезненным для армянской экономики стал запрет на импорт молочной продукции. Для страны, значительная часть экспорта которой ориентирована именно на российский рынок, подобные меры означают ощутимые финансовые потери.

Проблема заключается не только в статистике. За экспортом стоят тысячи армянских фермеров, перерабатывающих предприятий и небольших хозяйств, для которых российский рынок остается основным источником доходов. Любые ограничения автоматически отражаются на занятости, доходах населения и внутренней экономической стабильности.

На этом фоне особенно показательно прозвучали заявления самого Никола Пашиняна. Армянский премьер фактически признал наличие серьезного кризиса внутри Евразийского экономического союза. По его словам, существующие механизмы ЕАЭС перестали эффективно работать, а если нынешние проблемы не будут устранены в ближайшее время, это может стать началом конца всего интеграционного объединения.

Подобные оценки трудно назвать рядовой критикой. Фактически руководитель одного из государств — членов ЕАЭС публично ставит под сомнение эффективность организации, которая долгие годы рассматривалась как главный экономический проект на постсоветском пространстве. Тем не менее, Ереван вовсе не готов отказаться от участия в Евразийском союзе. Причина очевидна. Армения слишком тесно интегрирована в экономическое пространство ЕАЭС, а российский рынок остается одним из ключевых направлений армянского экспорта. Любая попытка резкого разрыва неизбежно приведет к серьезным экономическим последствиям.

Именно поэтому вопрос возможного референдума о дальнейшем членстве Армении в Евразийском экономическом союзе приобрел принципиальное значение. По словам Пашиняна, эта тема обсуждалась во время его телефонного разговора с Владимиром Путиным. При этом армянский премьер дал понять, что подобное голосование возможно лишь после того, как Армения официально подаст заявку на вступление в Европейский союз. По сути, это означает попытку максимально отложить принятие окончательного решения.

Сегодня армянские власти оказались в ситуации, когда любой из возможных вариантов несет серьезные политические риски. Если Ереван окончательно сделает ставку на европейскую интеграцию, отношения с Москвой могут ухудшиться еще сильнее, а экономическое давление значительно усилится. Если же Армения публично подтвердит приверженность Евразийскому союзу, неизбежно возникнут вопросы относительно искренности заявленного курса на европейскую интеграцию.

Поэтому официальный Ереван продолжает придерживаться стратегии неопределенности. Закон о начале процесса вступления в Европейский союз парламент уже принял. Однако на этом практические действия фактически закончились. Армения до сих пор не направила официальную заявку на вступление в ЕС, ограничиваясь политическими заявлениями о европейском выборе.

Причина подобной осторожности вполне понятна. Даже сам Европейский союз сегодня крайне осторожно относится к вопросам расширения. Более того, пример Украины наглядно демонстрирует, насколько сложным и длительным остается путь к членству даже для государства, которое пользуется беспрецедентной политической поддержкой Брюсселя. Если Киев, несмотря на постоянные обещания европейских лидеров, продолжает сталкиваться с новыми препятствиями, говорить о скором вступлении Армении в ЕС тем более не приходится.

Но и Брюссель ждет от Еревана большей определенности. Для европейских партнеров важно понимать, действительно ли Армения намерена изменить свою геополитическую ориентацию или же использует европейское направление исключительно как инструмент давления на Москву и способ получения дополнительной политической и финансовой поддержки.

Непростой остается и внутриполитическая ситуация. Армянская оппозиция регулярно напоминает Пашиняну его собственные обещания восстановить отношения с Россией после выборов. Однако пока эти обещания остаются невыполненными. Более того, ограничения на экспорт продолжают расширяться, а заметного улучшения отношений между Москвой и Ереваном не происходит.

Дополнительным тревожным сигналом стали оценки Всемирного банка. Эксперты предупредили, что российские ограничения способны негативно повлиять на темпы экономического роста Армении, уровень инфляции и социальную ситуацию в стране. Особенно серьезные риски возникают в аграрном секторе, который напрямую зависит от поставок продукции на российский рынок.

Таким образом, Армения постепенно подходит к моменту, когда дальнейшее сохранение политики балансирования становится все более затруднительным. На протяжении нескольких лет Еревану удавалось одновременно вести диалог и с Москвой, и с Брюсселем, извлекая определенные преимущества из обоих направлений. Однако нынешняя международная обстановка показывает, что пространство для подобной многовекторности стремительно сокращается.

Россия требует политической определенности. Европейский союз также ожидает конкретных шагов. А сама Армения продолжает откладывать окончательный выбор, надеясь выиграть время. Но именно время сегодня становится главным дефицитом для правительства Никола Пашиняна. Чем дольше Ереван пытается усидеть сразу на двух геополитических стульях, тем выше вероятность того, что в конечном итоге он может потерять поддержку сразу обоих центров силы. И тогда нынешняя политика балансирования превратится не в инструмент сохранения национальных интересов, а в источник новых политических и экономических кризисов.

Р.ВЕЛИЕВ