Реформы, инициированные отечественными денежными властями, привели к заметной трансформации кредитно-финансовой сферы. А главным итогом этих преобразований стал резкий приток ликвидности в банковский сектор. 

Но это достижением имеет и оборотную сторону: финансовые организации столкнулись с существенным ростом процентных расходов, что вынуждает их более гибко управлять своими портфелями в условиях меняющейся конъюнктуры. Выступая на итоговой пресс-конференции, председатель Центрального банка Талех Кязымов представил данные, свидетельствующие о беспрецедентном росте доверия населения к институциональным сбережениям. 

Согласно официальной статистике, по результатам прошлого года число уникальных вкладчиков в стране достигло отметки в 194 тыс. человек. Темпы роста впечатляют: всего за двенадцать месяцев упомянутый показатель увеличился аж на 81,3%, свидетельствуя о масштабном вовлечении граждан в банковскую экосистему. Однако за сухими цифрами отчетов скрываются важные структурные изменения. По сути говоря, чтобы составить объективную картину происходящего, необходимо разграничить формальный рост депозитной базы и реальное расширение охвата банковских услуг среди населения.

Комментируя текущую ситуацию, финансисты обращают внимание на принципиальную разницу между понятиями «уникальный вкладчик» и просто «клиент банка». Акцент на уникальности позволяет отсечь статистический шум, возникающий в том случае, когда один и тот же человек открывает счета в нескольких кредитных организациях. По словам аналитиков, если общее число вкладчиков выводится путем простого суммирования клиентских баз всех банков, где один человек может учитываться несколько раз, то показатель уникальных вкладчиков фиксирует каждое лицо единожды. Центробанк, заявляя о резком росте именно этой категории, фактически указывает на приток «новой крови» в финансовую систему.

Речь идет о людях, которые ранее не имели срочных вкладов и впервые доверили свои сбережения банкам. К тому же аномальный скачок - свыше 80% за год нельзя списать исключительно на демографический фактор или естественный прирост населения. На деле специалисты наблюдают, как в банковский оборот вовлекаются средства, которые раньше хранились «под подушкой» или в иных небанковских активах.

Специалисты полагают, что стремительный рост статистики с количественным переходом от 106 тысяч вкладчиков к нынешним масштабам вовсе не был случайным рыночным колебанием. На самом деле рост статистики оценивается как прямое следствие жесткой и последовательной политики регулятора. Внедрение норматива коэффициента покрытия ликвидности (LCR) в сочетании с так называемым «принципом справедливости» рассчитано на новые правила игры. Банки, особенно системно значимые игроки, были фактически лишены возможности удерживать ставки на искусственно низком уровне в районе 6%, который долгое время считался отраслевым стандартом.

В условиях нового надзора финансовым институтам пришлось выйти из зоны комфорта и вступить в активную конкуренцию за лояльность клиента. Чтобы обеспечить долгосрочную устойчивость, финансовые структуры развернули настоящую борьбу за длинные деньги, поскольку речь о стабильных ресурсах, позволяющих планировать долгосрочные и активные операции. Результаты этой борьбы ожидаемо получили наглядное выражение. 

Так, объем срочных депозитов показал внушительную динамику, увеличившись с 1,8 млрд манатов до 2,3 млрд манатов по итогам отчетного года. Однако приток капитала вовсе не легкий результат, поскольку за привлеченные средства банкам теперь приходится платить значительно больше, что неизбежно отражается на их внутренней экономике.

На фоне обсуждения стоимости ресурсов в экспертном сообществе назревает вопрос о диссонансе между доходностью вкладов и стоимостью заемных средств. Иные эксперты обращают внимание на глубокое заблуждение, укоренившееся в общественном сознании: мнение о том, что дешевые депозиты должны автоматически гарантировать доступные кредиты, является во многом поверхностным.

Вопрос о том, почему дешевое привлечение средств не ведет к автоматическому удешевлению займов, требует глубокого понимания банковских процессов. Хотя депозиты населения играют важную роль в формировании кредитного портфеля, они не являются единственным источником ресурсов. Банки также привлекают финансирование от Центрального банка, других институциональных банков и инвестиционных фондов, и стоимость каждого из этих источников напрямую влияет на конечную цену кредитных продуктов.

При определении процентных ставок финансовые организации учитывают целый комплекс факторов, выходящих за рамки текущей стоимости депозитов. В расчет берутся возможные экономические изменения на ближайшие несколько лет, критерии риска, рыночный спрос и предложение, а также специфика регионов кредитования и вероятность форс-мажорных обстоятельств, таких как стихийные бедствия.

А потому мнение, что низкие ставки по вкладам должны означать низкие ставки по кредитам, считается в экспертных кругах излишне упрощенным. Ведь депозитная ставка представляет собой лишь часть сложного механизма, где особую роль играет рыночная стратегия. Например, банк может предлагать льготы для удержания лояльных клиентов или привлечения новых сегментов, однако возникающие при этом затраты и риск снижения доходности всегда компенсируются с учетом реальной рыночной стоимости денег.

Э.РЗАЕВА