Президент США Дональд Трамп довольно просто сформулировал свою логику нападения на Иран, заявив: «Это был наш последний и лучший шанс нанести удар».

Такое ощущение, что Трамп, не отличающийся приверженностью какой-либо конкретной долгосрочной стратегии, рассматривает каждый день в Белом доме как эпизод реалити-шоу, в котором он стремится получить преимущество над своими соперниками. И Иран, безусловно, является одним из самых давних соперников Америки.

Но утверждение Трампа о том, что Иран представляет непосредственную угрозу для США, трудно обосновать. В конце концов, иранская армия и прокси-группировки никогда не были так слабы, как сегодня.

Хотя Трамп выступал против «вечных войн» во время своей президентской кампании. Тем не менее, американская администрация, вероятно, надеется, что после этой войны США смогут меньше вмешиваться в дела Ближнего Востока, если в результате сформируется другой Иран.

Полвека назад Иран занимал второе место после Израиля среди стран Ближнего Востока, тесно сотрудничавших с Соединенными Штатами. Однако Исламская Республика, образовавшаяся после 1979 года, изменила расстановку сил в регионе. На протяжении десятилетий главными приоритетами внешней политики Ирана было проявление враждебности по отношению к Соединенным Штатам и Израилю. За это время как демократические, так и республиканские администрации в США называли Иран главным в мире государством-спонсором терроризма. Не секрет, что на протяжении многих лет Иран поддерживал ХАМАС в Газе, «Хезболлу «в Ливане, повстанцев-хуситов в Йемене, режим Башара Асада в Сирии и шиитские воинствующие группировки в Ираке.

Министр обороны США Пит Хегсет попытался провести различие между войной с Ираном и «вечными войнами» прошлого, заявив: «Это не Ирак, это не бесконечная война».

По сравнению с войной Джорджа Буша-младшего против Ирака в 2003 году, поддержка Трампом ударов по Ирану весьма слабая, утверждают эксперты. Тем временем законодатели-демократы назвали нападение на ИРИ неконституционным и противоречащим международному праву. Лишь 55% республиканцев поддерживают эту атаку, причем несмотря на то, что рейтинг одобрения самого Трампа среди членов его партии составляет около 80%.

Администрация Трампа при этом ужесточает риторику. Она использовала ряд оправданий для ударов, включая предотвращение неминуемой атаки со стороны Ирана, уничтожение иранских баллистических ракет, предотвращение приобретения Тегераном ядерного оружия, прекращение поддержки его прокси-боевых группировок и смену режима. Недавно американская администрация заявила, что вынуждена присоединиться к израильскому наступлению против Ирана, поскольку в любом случае ответные действия Ирана втянули бы Америку в конфликт. Причем Трамп не исключил возможность ввода войск в Иран.

Эти противоречивые заявления не способствуют убедительной оценке операции со стороны настороженной публики. Так зачем же браться за такое дорогостоящее и рискованное предприятие, которое не полностью поддерживают даже его собственные сторонники?

Трамп понимает, что затяжная война невозможна. Как считают аналитики, в условиях растущего внутреннего противодействия можно ожидать, что администрация Трампа попытается избежать долгосрочного конфликта в Иране. Однако, как показывает история, ей все еще необходима стратегия выхода из этой передряги.

Л.ЭЮБОВА