21 октября 2026 года в интервью американскому телеканалу Fox News Зеленский заявил, что Украина готова заморозить боевые действия по нынешней линии фронта, если под ее контролем останется около 75% территории страны. Он назвал такой вариант реалистичным путем к прекращению войны и подчеркнул необходимость последующих гарантий безопасности со стороны США и европейских партнеров. Это заявление не означает, что мирное соглашение уже достигнуто или что все условия согласованы. Но оно показывает, что вопрос прекращения огня по фактической линии соприкосновения вновь находится в центре политической дискуссии. 

И здесь стоит вспомнить Стамбул весны 2022 года. После начала полномасштабных боевых действий российская и украинская делегации провели несколько раундов переговоров. Наиболее предметный этап состоялся в Турции 29 марта, после чего стороны продолжили обмениваться проектами документов. Киев был готов обсуждать постоянный нейтральный статус, отказ от вступления в военные блоки и неразмещение иностранных военных баз на своей территории. Взамен Украина рассчитывала получить международные гарантии безопасности. Возможность вступления в Европейский союз при этом не исключалась. 

В июне 2023 года Владимир Путин заявил о существовании проекта договора о постоянном нейтралитете и гарантиях безопасности Украины, состоявшего из 18 статей. Позднее The Wall Street Journal и другие издания опубликовали материалы, позволяющие подробнее ознакомиться с обсуждавшимися условиями. Однако принципиально важно понимать: это был проект, а не вступивший в силу договор. Между сторонами сохранялись серьезные разногласия по вопросам гарантий безопасности, численности украинских вооруженных сил, территориального урегулирования и механизма исполнения будущих обязательств.

В этой истории отдельное место занимает бывший премьер-министр Великобритании Борис Джонсон. 9 апреля 2022 года он посетил Киев, где встретился с Зеленским. Впоследствии появились утверждения, что британский премьер убеждал украинское руководство не подписывать соглашение с Москвой и продолжать сопротивление. Эти версии связывают с тем, что западные государства в тот период увеличивали военную помощь Украине и не считали предложенный переговорный формат достаточно надежным. В июне 2022 года сам Джонсон публично выступал против давления на Киев с целью заставить его принять, по его оценке, плохую сделку. 

Весной 2022 года Украина рассчитывала на поддержку США, Великобритании и европейских государств. Западные правительства, со своей стороны, стремились не допустить военного поражения Украины и усилить давление на Россию. Для Киева продолжение сопротивления тогда могло выглядеть более перспективным, чем принятие условий, которые воспринимались как рискованные и не обеспечивавшие надежной защиты в будущем. Однако любой такой расчет зависел от множества факторов: состояния фронта, объема внешней помощи, экономической устойчивости и готовности противника соблюдать договоренности.

Сегодня ситуация выглядит иначе. Зеленский говорит о возможности заморозить боевые действия по текущей линии фронта и затем добиваться гарантий безопасности. По существу, это означает готовность обсуждать прекращение огня без немедленного возвращения всех территорий, находящихся вне контроля Киева. 

Именно здесь возникает главный вопрос политической ответственности. Если спустя годы украинское руководство допускает вариант прекращения войны по фактической линии соприкосновения, то неизбежно приходится анализировать, какие возможности для переговоров существовали раньше, почему они не привели к результату и можно ли было избежать части человеческих потерь и разрушений. Это не означает, что альтернативный сценарий непременно оказался бы успешным. Любое соглашение могло столкнуться с нарушениями, новыми требованиями или повторной эскалацией. Но цена продолжения войны также оказалась огромной, и этот фактор нельзя исключать из оценки принятых решений.

А где сегодня Борис Джонсон? Бывший британский премьер уже не занимает государственную должность и не руководит британской внешней политикой. Он не обладает полномочиями принимать решения за Киев, Лондон или Вашингтон. Поэтому вопрос о его нынешней роли — скорее политический, чем практический: если западные лидеры в 2022 году считали продолжение сопротивления предпочтительнее компромисса, должны ли они сегодня объяснить, какой долгосрочный результат рассчитывали получить и насколько их ожидания соответствовали реальности?

Ответственность за решения, разумеется, лежит прежде всего на тех, кто их принимал. Украинское руководство самостоятельно определяло свою позицию на переговорах, российская сторона выдвигала собственные требования, а западные союзники влияли на стратегический контекст через военную, финансовую и дипломатическую поддержку. Ни одна из этих сторон не может быть полностью исключена из анализа причин, по которым переговоры не завершились договором.

В конечном счете урок Стамбула состоит не в том, что любой компромисс обязательно лучше продолжения войны, и не в том, что соглашение 2022 года гарантированно принесло бы устойчивый мир. Такого знания у нас нет. Урок в другом: когда дипломатическое окно открывается, необходимо предельно серьезно оценивать не только риски уступок, но и последствия отказа от переговоров. Мирные договоренности должны быть исполнимыми, гарантии — реальными, а условия — такими, чтобы стороны не воспринимали перемирие исключительно как паузу перед новым столкновением.

Сегодня Зеленский вновь говорит о прекращении огня и гарантиях безопасности. Это возвращает международное сообщество к вопросу, который не получил ответа в Стамбуле: возможно ли остановить войну, не откладывая ее причины на неопределенное будущее? И если стороны снова окажутся за столом переговоров, смогут ли они извлечь уроки из 2022 года, чтобы не повторить тот же сценарий?

История не позволяет достоверно утверждать, каким был бы мир, если бы соглашение тогда подписали. Но она дает основания требовать от политиков объяснений — и оценивать их решения не только по обещаниям победы, но и по последствиям для людей, чьи жизни продолжают определяться ходом войны.

З.РАСУЛЗАДЕ