В Азербайджане складывается довольно странная ситуация: страна располагает Каспийским морем, многочисленными реками, озерами и водохранилищами, однако обычному человеку становится все сложнее позволить себе рыбу — не говоря уже о том, чтобы самостоятельно ее поймать.

Ягоды собирать нельзя, рыбу ловить нельзя, а если покупать — цены на качественную продукцию все чаще заставляют задуматься: не превратилась ли рыба в продукт для обеспеченных граждан?

И вот теперь появляется очередное официальное сообщение: мораторий на промышленный лов рыбы и других водных биоресурсов в период нереста в реке Кура, озере Сарысу, а также в Мингячевирском, Шамкирском, Аразском и Еникендском водохранилищах завершается 1 сентября.

Сам по себе мораторий вполне понятен. Рыбные ресурсы необходимо сохранять, особенно в период нереста. Если сегодня выловить все, что движется, завтра в реках и водоемах просто нечему будет размножаться. Но возникает другой, совершенно практический вопрос: а что делать людям?

Пресс-служба Министерства сельского хозяйства напоминает, что мораторий вводился в соответствии с правилами лова рыбы и других водных биоресурсов, утвержденными постановлением Кабинета министров.

Для предотвращения незаконного промысла сотрудники Центра рыболовства и аквакультуры Министерства сельского хозяйства совместно с Управлением полиции на водном транспорте МВД проводят регулярные рейды и контрольные мероприятия в азербайджанском секторе Каспийского моря и внутренних водоемах.

За нарушение правил предусмотрена ответственность — от административных мер до уголовной ответственности в предусмотренных законом случаях.

Все это правильно. Рыбу действительно нужно охранять. Но проблема заключается в том, что разговор о сохранении рыбных запасов почему-то очень редко сопровождается разговором о том, как сделать рыбу доступной для населения. Одно дело — запретить браконьерство. И совсем другое — постепенно превратить обычную рыбу в дорогой деликатес.

Особенно показательная ситуация складывается в регионах. Местные жители сообщают, что в Лачинском районе лов рыбы на реке Хакари фактически запрещен. При этом местная форель стала настолько дорогой, что цена за килограмм местной форели, по словам жителей, может доходить до 100 манатов. Если такая информация соответствует действительности, возникает очевидный вопрос: для кого тогда существует природное богатство региона? Речь ведь идет не о каком-то экзотическом продукте. Форель — это рыба. Река — это природный ресурс. А Лачин — регион, где после восстановления территориальной целостности Азербайджана государство вкладывает огромные средства в восстановление природы, инфраструктуры и экономики.

Но нельзя, чтобы у населения складывалось ощущение: природу восстановили, рыбу в ней охраняют, а купить ее может только тот, у кого есть соответствующий кошелек. 

Казалось бы, у Азербайджана есть огромное преимущество — Каспийское море. Но и здесь ситуация далека от идеальной. Рыбаки сталкиваются с ограничениями, проверками и штрафами. Государство усиливает контроль, пытаясь бороться с незаконным выловом. И снова возникает вопрос: где проходит граница между необходимой охраной природных ресурсов и чрезмерным ограничением доступа людей к традиционному занятию?

Для многих жителей прибрежных районов рыболовство — это не только промысел. Это часть образа жизни. Это возможность заработать. Для кого-то — возможность обеспечить семью продуктом. И если государство вводит ограничения, оно одновременно должно создавать альтернативные возможности для людей, которые зависят от этого вида деятельности. Иначе борьба с браконьерством рискует превратиться в борьбу прежде всего с мелким рыбаком, тогда как действительно крупные незаконные схемы способны находить способы обходить любые запреты.

Остается аквакультура. В теории именно развитие искусственного выращивания рыбы должно решить проблему. Если природные ресурсы необходимо восстанавливать, государство и бизнес могут компенсировать сокращение вылова увеличением производства рыбы на рыбоводческих хозяйствах. Но здесь возникает другая проблема — качество. Потребители нередко жалуются на вкус, качество и происхождение выращенной рыбы. У человека должна быть возможность понимать, что именно он покупает, где это выращено, чем кормилось и насколько безопасна продукция. Если аквакультура развивается исключительно как производство дешевой продукции, без должного контроля качества, доверие потребителя будет оставаться низким.

Получается своеобразный замкнутый круг. Дикого лова все меньше. Рыбалку ограничивают. Цена местной рыбы растет. А промышленная аквакультура пока не всегда способна предложить полноценную замену. В результате человек идет в магазин и обнаруживает, что рыба, которая должна быть обычным источником белка, становится далеко не самым доступным продуктом.

Природоохранная политика не должна заканчиваться словом "запрещено". Она должна продолжаться словами "вот что мы предлагаем взамен". Если рыбу нельзя ловить в определенный период — необходимо развивать легальную любительскую рыбалку там, где это экологически допустимо. Если отдельные реки закрываются для промысла — нужно объяснять причины, сроки и условия. Если в регионе необходимо полностью восстановить популяцию определенного вида — население должно понимать, когда и при каких условиях лов будет разрешен. Если государство хочет победить браконьерство — необходимо сделать легальный промысел экономически привлекательным и понятным. А если природные ресурсы действительно истощаются, следует вкладываться в масштабное развитие современной аквакультуры.

И здесь государству стоит задуматься не только о количестве штрафов и выявленных нарушений. Гораздо важнее другая статистика: сколько рыбы производится в стране, сколько ее доступно населению, сколько она стоит и сколько качественной отечественной продукции попадает на прилавки. Потому что конечной целью природоохранной политики должно быть не пустое море и не пустые реки. Цель должна быть другой — живые водоемы, восстановленные рыбные запасы, развитая аквакультура и доступная качественная рыба на столе у обычного азербайджанца.

Иначе получается довольно странная картина: природное богатство есть, рыбу охраняют, ловить ее нельзя, покупать дорого — и в итоге человеку остается только смотреть на Каспий и вспоминать, что когда-то рыба была обычной частью его рациона.

Р.ВЕЛИЕВ