Европейский союз, похоже, начинает задумываться не только о дальнейшем расширении, но и о том, как вообще будет функционировать объединение, если число его участников существенно увеличится. И именно здесь для стран-кандидатов возникает неприятный вопрос: готов ли Брюссель принимать новых членов на прежних условиях?

По данным Bloomberg, предлагаемые изменения должны позволить ЕС эффективнее работать при увеличении числа государств-участников. При этом в Еврокомиссии рассчитывают реализовать часть реформ без изменения базовых договоров ЕС. Одно из ключевых предложений — расширить применение голосования квалифицированным большинством вместо принципа единогласия. Это должно ограничить возможность блокирования решений отдельными государствами.

Но гораздо важнее другое. В ЕС хотят усилить механизмы контроля над соблюдением демократических принципов уже после вступления страны в объединение. Иными словами, Брюссель хочет избежать ситуации, когда государство проходит все процедуры присоединения, становится членом ЕС, а затем начинает отходить от тех политических и правовых стандартов, которые обязалось соблюдать.

Одновременно обсуждается и новая модель самого вступления. Вместо традиционного принципа «либо кандидат, либо полноценный член» предлагается постепенная интеграция. Новые государства могут получать доступ к отдельным механизмам и преимуществам ЕС поэтапно, не приобретая сразу всех прав и обязательств полноправного участника.

На первый взгляд это выглядит как техническая реформа. Но для Армении, Украины и Грузии последствия могут оказаться вполне политическими. Все три страны официально связывают свое будущее с европейской интеграцией, однако путь от статуса кандидата до членства в ЕС и сегодня остается чрезвычайно сложным. Если же правила будут ужесточаться, а сама модель расширения изменится, ожидание полноценного членства может растянуться на неопределенный срок.

Особенно показателен украинский пример. Даже масштабная политическая и финансовая поддержка со стороны Европы не означает автоматического вступления. Членство требует выполнения огромного массива требований, включая реформу законодательства, судебной системы, государственного управления, борьбу с коррупцией и обеспечение устойчивости демократических институтов.

Грузия также столкнулась с тем, что европейская интеграция зависит не только от геополитического желания правительства, но и от оценки Брюсселем состояния демократии и верховенства закона.

Армения находится в несколько иной ситуации. Ереван активно декларирует европейский выбор, однако переход от политических заявлений к полноценному членству требует не только желания самого Еревана, но и готовности ЕС принять нового участника.

И здесь возникает главный вопрос: зачем Брюсселю сегодня принимать сразу несколько новых государств, если сам Евросоюз пытается перестроить механизм принятия решений и защититься от внутренних политических рисков? Расширение ЕС — это не просто открытие двери для новых стран. Это дополнительные бюджетные обязательства, новые политические интересы, необходимость согласовывать решения с большим количеством участников и риск появления новых конфликтов внутри объединения. Поэтому вполне возможно, что Европа выберет промежуточную модель: тесная интеграция без полноценного членства.

Для Армении, Украины и Грузии это означает неприятную перспективу. Они могут получить доступ к отдельным европейским механизмам, рынкам, программам и финансовым инструментам, но при этом годами оставаться за пределами самого Евросоюза. Получается своеобразная европейская «прихожая»: страна уже находится рядом с ЕС, постепенно адаптируется к его правилам, но ключ от двери в клуб остается у Брюсселя. То есть разговор о реформе ЕС следует воспринимать шире, чем очередную бюрократическую инициативу.

Европа готовится к расширению, но одновременно хочет сделать так, чтобы новые страны не получили слишком много слишком быстро. А значит, для Армении, Украины и Грузии европейская мечта может оказаться значительно дальше, чем им хотелось бы. И вполне возможно, что в будущем Брюссель предложит им не членство, а многоступенчатую интеграцию — без четкой даты окончательного вступления.

З.РАСУЛЗАДЕ