Еще не так давно на Западе превалировало мнение о том, что его могущество и доминирование на международной арене установлено навечно. В Вашингтоне и других западных столицах сильным мира сего казалось, что военная мощь США с их ядерным арсеналом и флотом, господствующим в мировом океане и способным достичь любой точки Земного шара, опережающими темпами во всех отраслях экономики, а главное, инновационными проектами вкупе с потенциалом НАТО — это гарантия сохранения Америкой своего статуса единственной сверхдержавы. При этом едва ли кто-то задумывался о существовании альтернативы однополярному миру. Распад Советского Союза — основного конкурента Вашингтона, как это представлялось западным элитам, закрепил подобные настроения.
На последнее десятилетие XX века — время гегемонистского раздолья США — приходится апофеоз их влияния; Соединенные Штаты мнили себя не только победителем в глобальном геополитическом и мировоззренческом поединке, но и воплощением наиболее прогрессивного жизнеустройства.
Пьянящая и одновременно дезориентирующая вера в свое всемогущество и вседозволенность стимулировала жажду глобального господства США, и в ее основу легло насильственное включение всех стран в долларовую систему глобального управления, поддерживаемую всей мощью государственной машины США — ее спецслужбами, вооруженными силами, мировыми СМИ. Соединенные Штаты — бенефициары этой системы.
Но система, вопреки расчетам ее творцов, оказалась не вечной и нежизнеспособной. Реальный ход событий в мире оказался иным. Глобализация в нынешнем англосаксонском формате прошла пик своего влияния, оказалась в тисках глубокого системного кризиса и фактически зашла в тупик.
Совершенно очевидно, что США пытаются сохранить свою гегемонию, повсеместно награждают максимум проблем, пытаются ослабить своих актуальных и потенциальных конкурентов санкциями, провокациями, революциями, разжиганием этнических и конфессиональных конфликтов, организацией террористических атак. Правящей американской элите нужен раздробленный, обессиленный, сломленный, раздираемый противоречиями и конфликтами, утративший свою самостоятельность и всякую способность к сопротивлению мир. Мир, в котором каждому можно навязать тот тип отношений и тот размер дани, который они (США) сочтут для себя полезным.
Для оправдания своих планов по захвату, экспансии и глобальному доминированию после распада СССР Западу понадобилось найти образ нового врага. Подходящим сочли исламский мир, который к этому времени стал набирать силу и влияние. Для пропагандистского прикрытия этой линии была использована концепция американского ученого С.Хантингтона о столкновении цивилизаций, в которой «научно доказывалось», что ислам «агрессивен по природе и отвергает общепринятые ценности». Однако, вопреки высокомерному и упрощенному представлению Запада о мусульманских странах (как навечно отставших от магистрального пути современной цивилизации), пред ним предстал конгломерат с огромным населением и мощным моральным зарядом глубокой веры. Это оказалась сила удивительная в своем многообразии, при этом достаточно сплоченная, организованная, динамичная и весьма непредсказуемая.
Проявлением общего полномасштабного кризиса западной системы мироустройства стало резкое возрастание глобальных вызовов и проблем — ядерная угроза, стихийные бедствия, болезни, эпидемии, экологические проблемы, возрастающее количество локальных конфликтов. К этому списку добавились и беспрецедентное увеличение разрыва между богатыми и бедными, миграционные проблемы, расширение географии терроризма, рост агрессивности, попытки надавить на другие страны через санкции и шантаж.
Раскол, нестабильность в ЕС, атмосфера недоверия, взаимной неприязни в среде лидеров расшатывают структуры «европейского дома». Перманентным стало недопустимое прежде состояние постоянных острых споров, разногласий, даже взаимных публичных упреков.
Евросоюз набухает новыми конфликтными ситуациями — очевидна углубляющаяся поляризация в каждой отдельной стране, между группами членов ЕС, северянами и южанами, Старым Светом и младоевропейцами. Очевидное свидетельство тому — попавший в тупик «Брексит», сохраняющаяся в подвешенном состоянии судьба Каталонии, непривычная шаткость в немецком обществе, итоги выборов в Австрии, Италии. Показателем глубины кризиса и дезорганизации всей системы являются разлад в отношениях между США и Западной Европой, разворачивающаяся в атлантическом союзе торговая война.
Тревожно высказался о положении дел в западном альянсе в своем выступлении председатель февральской сессии Мюнхенской конференции по безопасности известный немецкий дипломат Вольфганг Ишингер. «Мир слишком близко подошел к краю пропасти, — предостерег он, — и есть опасность глобального конфликта. Его очагом, может стать противостояние на Ближнем Востоке или эскалация непреднамеренного инцидента между Россией и Западом».
Вряд ли можно считать странным то, что сегодня внимание многих стран и народов притягивается к России, которая на протяжении долгого времени является примером вполне успешного взаимодействия различных культур, пространством для совместного выхода народов из кризиса.
Так уж вышло, что Россия оказалась на перекрестке мировых цивилизаций между Европой и Азией — треть в Европе, две трети в Азии — и сформировалась в силу географических, исторических, демографических, культурных параметров как неразрывная целостность, сплав самых различных народностей, национальностей, верований западных и восточных сторон, как самостоятельная уникальная цивилизация.
На протяжении истории российская цивилизация возникла как уникальная полиэтническая, многоконфессиональная целостность и общность. Это сложившийся во многом благодаря географическим факторам сплав исторических связей русского народа с другими группами восточных славян, с народами уральской, финно-угорской группы, с алтайской (особенно тюркской), кавказской и другими языковыми семьями Западной, Центральной Восточной Азии, Тихоокеанской культурой. В конфессиональном плане это взаимодействие православия с католицизмом, протестантством и с северным исламом, северным буддизмом и ламаизмом, а также многими местными верованиями — шаманизмом, язычеством народов Крайнего севера.
Советский народ как наследник этой цивилизации представлял более высокую ступень интеграции, поскольку процесс взаимного обогащения, слияния развивался быстро и по восходящей. Советская цивилизация — исторически короткая форма попытки построить общество на началах справедливости, создать строй, который соответствует гуманистическим идеалам. Попытка не вполне удалась, но оценивать ее полностью негативно было бы неверно. Так или иначе, она оказала огромное воздействие и на мировые события.
Сегодня создается впечатление, что западные лидеры пока не готовы принять тот факт, что за последние 15 лет Россия коренным образом изменилась, что это давно уже не тот «подмастерье», которого надо методично, невзирая на возражения, обучать по западным стандартам. Западные элиты никак не могут вообще допустить возможность возрождения сильной суверенной, устремленной в будущее России.
Расчеты Запада на то, что после распада СССР — противостоящего США полюсу притяжения — Россию после пережитых ею ударов удастся забросить на периферию мировых дел и, таким образом, увековечить американское превосходство на все времена, не оправдались.
Разумеется, не все на Западе придерживаются таких взглядов. «Несмотря на разницу во мнениях, на разницу в трактовках, Россия остается большим европейским соседом, — заявил в феврале 2018 г. глава германского МИД З. Габриэль, выступая на Мюнхенской конференции, — только сообща с Россией можно обеспечить мир и стабильность на континенте... Решить такие глобальные вопросы, как нераспространение ОМП, корейский кризис, невозможно без сотрудничества с Россией».
Нередко создается впечатление, что способность России к возрождению, восстановлению своего потенциала, укреплению ее национального суверенитета, ее роли обновляющейся одной из ведущих сил на международной арене вызывает не просто раздражение, но всплеск затаенной русофобии и, как следствие, шквал нападок, обвинений, клеветы, угроз; все популярнее становится миф о вездесущей российской угрозе.
Сегодня происходит вступление на мировую арену новой группы стран с потенциалом глобального влияния, изменения баланса сил. Наступает заря великой геополитической революции — с Востока. Азия стремительно возвращается на арену мировой истории. Восхождение Востока Китая и Индии — экспансия демографическая, экономическая и неизбежно культурная политическая наталкивается на мощное противодействие «евроамериканоцентризма», который пытается отстоять свое доминирование в мире.
Восток переживает модернизацию. Но важно отметить, что она происходит не по пути вестернизации, а своими путями, используя при этом полезное из западного опыта.
Новые тенденции на евразийском континенте хорошо прослеживаются на примере набирающего обороты сотрудничества России, Ирана и Турции. Россия и Турция — две евразийские державы, аналогов которым не существует на земном шаре (у Турции 3% территории в Европе, в России — одна треть, а остальное в Азии). Многоплановое сотрудничество между двумя странами в последнее время набирает обороты. Турецкие компании осуществляют в России строительство многих проектов; увеличиваются закупки Анкарой российского вооружения; на средиземноморских курортах растет число российских туристов (турпоток планируется довести до 6 млн. человек в год, что вполне реально с учетом введенного для граждан РФ безвизового режима); количество смешанных браков перевалило за 100 тыс. Россия строит в Турции крупные стратегические объекты, включая первую в стране АЭС «Аккую».
Сегодня есть все основания полагать, что история и география делают свое доброе дело: при всех сложностях и шероховатостях отношений между Россией и Турцией тяга к сотрудничеству, взаимодействию перед лицом современных вызовов и опасностей в большой степени подавляет чувства подозрительности, настороженности.
Естественным выглядит и подключение Ирана к двустороннему альянсу: мощный импульс этому придали драматические события в Сирии. Евразийская основа многостороннего взаимодействия между этой тройкой стран в будущем, думается, будет проявляться все более четко.
Стремление трех стран к расширению сотрудничества усиливается и под воздействием политического давления с Запада, нарушения норм международного права, вмешательства во внутренние дела. Россия, Турция и Иран убеждены в необходимости самостоятельной политики, твердого отстаивания своих интересов.
Иран в представлении Запада, прежде всего США, — воплощение «вселенского зла». На Россию оказывается беспрецедентный нажим. В Турции все больше понимают, что перспектива присоединения к ЕС ничтожна, а отношения с Вашингтоном, который поддерживает курдов, всегда будут болезненными для Анкары.
В целом можно сделать вывод о том, что в ближайшие 5–7 лет будут периодом перестройки международных отношений, и, вероятно, мы станем свидетелями новых конфликтных ситуаций, тем более что эти годы совпадают с углублением технологической революции. На мировую политическую арену все уверенней выходят Китай, Индия, Латинская Америка, Африка, страны исламского мира. Они не хотят и не будут следовать в фарватере Запада. Безусловно, новое равновесие сил будет формироваться не просто, но России суждено сыграть в этих процессах ведущую роль.


Проект осуществляется при поддержке Фонда “Русский Мир”


Х.АГАЗАДЕ

.