В Европе все громче звучат заявления о том, что на прежнюю модель безопасности больше нельзя полагаться безоговорочно. На этот раз с резкой оценкой выступила председатель подкомитета Европарламента по безопасности и обороне Мари-Агнес Штрак-Циммерман. В интервью Euractiv немецкий политик заявила, что Соединенные Штаты остаются фундаментальной опорой НАТО, однако, по ее оценке, Дональд Трамп не проявляет достаточного интереса к безопасности Европы. "США составляют фундамент НАТО, но Трампу наша безопасность совершенно безразлична", - сказала она, добавив, что Европе необходимо искать способы координации своих усилий также за пределами НАТО.

Формулировка предельно жесткая. Однако гораздо важнее не сама эмоциональная оценка европейского политика, а процессы, которые стоят за ней. Европейский союз начинает обсуждать механизмы безопасности, способные работать даже в тех ситуациях, когда американское участие оказывается неопределенным или недостаточным с точки зрения европейских столиц. И это уже не просто очередная брюссельская дискуссия. В ежегодном обращении к Европарламенту 16 сентября председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен объявила, что Евросоюз намерен представить предложения по созданию Европейского совета безопасности. В предполагаемом формате должны участвовать лидеры ЕС, а также такие партнеры, как Великобритания, Канада и Норвегия, при этом отдельное место отводится Украине. Фон дер Ляйен связала эту инициативу с необходимостью более оперативной европейской координации перед лицом новых угроз.

Таким образом, Европа сама начинает признавать, что одной привычной архитектуры безопасности ей уже недостаточно. При этом речь не идет об официальном отказе от НАТО. Напротив, и фон дер Ляйен, и руководство самого альянса подчеркивают необходимость сохранять трансатлантическую связь. Однако одновременно меняется сама философия европейской безопасности. НАТО сейчас говорит о концепции "NATO 3.0" - более европейском НАТО, в котором европейские союзники и Канада должны брать на себя значительно большую ответственность за собственную оборону.

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте прямо заявил, что безопасность Европы - это уже не то, что США должны делать "за Европу", а то, что Соединенные Штаты должны делать вместе с европейцами.

Именно здесь возникает главный парадокс. Вашингтон при Трампе требует от европейцев значительно большей самостоятельности и увеличения расходов на оборону, а Брюссель одновременно начинает создавать собственные механизмы, которые позволили бы Европе быстрее реагировать на кризисы. Это можно трактовать по-разному. Для Вашингтона речь прежде всего идет о перераспределении ответственности внутри альянса. Для части европейских политиков - о необходимости иметь план "Б" на случай, если американские приоритеты будут расходиться с европейскими.

Белый дом, со своей стороны, представляет происходящее совершенно иначе. Администрация Трампа утверждает, что президент добился исторического увеличения оборонных обязательств союзников по НАТО и что европейские страны должны брать на себя основную ответственность за обычную оборону Европы. После саммита НАТО в Анкаре в июле 2026 года Вашингтон подчеркивал обязательство союзников довести оборонные расходы до 5 процентов ВВП к 2035 году и говорил о переходе НАТО от модели зависимости к более сбалансированному партнерству. Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте также публично отдавал должное Трампу, заявляя, что именно при нынешнем американском президенте европейские союзники значительно ускорили рост оборонных расходов. По данным НАТО, европейские союзники и Канада в 2025 году увеличили расходы на оборону почти на 20 процентов, а в 2025-2026 годах суммарные дополнительные инвестиции достигли 258 миллиардов долларов. Поэтому утверждение о том, что Трамп просто "бросил Европу", было бы слишком прямолинейным.

Факты показывают более сложную картину. США сохраняют ключевую роль в НАТО, американское вооружение продолжает использоваться европейскими союзниками, а сама администрация Трампа подчеркивает необходимость сохранения альянса. Более того, НАТО в сентябре 2026 года официально заявляет, что все союзники подтвердили приверженность коллективной обороне по статье 5. Но одновременно происходит нечто принципиально важное: Европа больше не хочет строить свою безопасность исключительно на предположении, что Соединенные Штаты всегда будут готовы выполнять ту же роль, что и прежде. 

То есть Европа оказывается перед довольно непростой дилеммой. С одной стороны, она хочет стать самостоятельнее. С другой - самостоятельность требует огромных финансовых ресурсов, единой политической воли и способности 27 государств действовать достаточно быстро и согласованно. А именно с этим у Евросоюза исторически возникают сложности. Страны ЕС имеют разные представления об угрозах, разные отношения с США, различные оборонные возможности и собственные национальные интересы. Поэтому создание еще одного совета само по себе не гарантирует появления новой европейской силы. Можно создать сколько угодно институтов в Брюсселе, но если государства не готовы принимать коллективные решения и выделять под них реальные ресурсы, новая структура останется еще одной площадкой для политических деклараций.

Сам факт появления инициативы Европейского совета безопасности показывает, что Брюссель хочет иметь дополнительные инструменты на случай кризисов и не зависеть исключительно от американской позиции. При этом говорить о разрыве Европы с США пока оснований нет. Даже сама концепция европейской автономии развивается в тесной связи с НАТО. Фон дер Ляйен прямо подчеркивает, что европейские оборонные инициативы должны быть согласованы с альянсом, а руководство НАТО говорит о формировании более сильной Европы внутри более сильного НАТО.

Но политический сдвиг очевиден: Европа начинает готовиться к миру, в котором американская политика может быть менее предсказуемой для европейских столиц, чем раньше

Р.ВЕЛИЕВ